О НАРЦИССИЗМЕ И ТРАВМЕ САМОВАЖЕНИЯ

***

Сейчас о злобных абьюзерах-нарциссах не пишет только ленивый… Что поделать, где-то мода, где-то результат многолетних наблюдений и социальных трасформаций…

На самом деле нарциссизм неотъемлемая часть психики человека. Но оставим типа «здоровый» нарциссизм в стороне (хотя это вообще большой вопрос, что это такое) и посмотрим на болезненные и иногда весьма трагичные формы нарциссизма внутри себя. Не на жертву чужого нарциссизма, а на самого себя, страдающего от собственного нарциссизма.

Миф знают все, я не буду его пересказывать. Конечно, лучше юнгиановцев о нарциссизме мало кто писал. Взять только знаменитую книгу Шварц-Саланта.. О книге я писала здесь, если интересно — почитайте.

Но сейчас я изложу свое видение этой проблемы, в опоре на авторитеты, конечно, но и свой опыт.

Юнгиановцы говорят, что маленькому ребёнку очень важно отражение его потребностей в Другом. Эмпатичный взрослый и, главное, принимающий младенца во ВСЕМ его разнообразии, создаёт фундамент для развития Я, знания об этом Я, его связи с Сущностью, Самостью, Ядром личности..

Эта связь жизненно необходима для функционирования взрослой психики. Она помогает обращаться к себе внутрь, не теряя фокуса на внешнем, в данном случае — на другом человеке и его потребностях.

Если эта связь потеряна, то человек слишком сосредоточен на своём внутреннем, забывая о существовании внешнего Другого. Отсюда столько обвинений нарциссов в холодности, дистантности, отсутствии эмпатии и т.д. Вся энергия психическая идёт на попытки восстановить эту связь с глубинным Я.

И да, весьма своеобразным способом.

Чаще через поиск отражений Я во внешнем, через внешние одобрения, восхищения, любования, власть и т.д.
Как будто нужно постоянно получать подтверждение, что «я не просто существую (травма существования), а я существую именно такой, вот во всем этом многообразии возможных божественных форм я обладаю лишь каким-то мне присущим ограниченным человеческим набором, но это ок и хорошо», «я не бог, а человек, и это ок, выносимо, принимаемо и признаваемо».

Это сложно и очень больно, делать такую работу. Нарциссическая травма заряжена, там в глубине лежат базовые чувства отчаяния, ярости и разрушительнейшего стыда. Не того токсичного событийного, о котором тоже часто пишут, а несколько иного. Этот стыд, конечно, тоже токсичен, он выжигает душу, но нарциссичный стыд и правда особенный. Он же нарциссичен в конце-то концов! 🤣 и грандиозен и очень болезнен и травматичен, потому что входит в число ядерных чувств, угрожающих Самости…

Для нарцисса очень важно переживание Я. Со стороны этот эгоцентризм раздражает весьма, но им так важно все время говорить «я», как будто все время пытаясь отвоевать внимание, любовь, признание, принятие. И все без стыда за несовершенство.

Это «Я» даёт шанс протянуть ниточку к истинному Я, глубинному, нащупать его, собрать образ по крупицам, признать свое право на существование в этом конкретном отражении Бога.

Непосильная порой задача. Говорят, у каждого-клиента нарцисса есть свое кладбище терапевтов, обломавших зубы в этой непростой работе…

Это сложно вместить в себя где-то противоположные крайности: «я — человек, я ограничен, я слаб и временами бессилен» и «я — бог в его бесконечном разнообразии»…
От идеализации до обесценивания, от ярости до бессилия, от самолюбования до разрушительного стыда.. Крайности, которые могут стать полярностями на пути личностных трансформаций длинною в жизнь..

Да, и ещё сердце… Без обращения к нему у нарцисса нет шансов. А это через боль, признание своей слабости, гнева, убожества и смирения…